Таджикистан

Не верьте картам.
Не верьте географическим картам, потому что дороги Таджикистана, выделенные на них ярким и главным цветом, в действительности заброшены и используются лишь теми кому суждено родиться и умереть вдоль их обочин.

Мы выбрали самую жирную линию на карте, что увлекала в горы, в приграничные с Афганистаном районы и шли по ней и ехали на перекладных две недели. В то время как по другой, отмеченной на карте тонкой, блеклой нити, повторяющей пенные извороты реки Пянж, что однажды разделила таджиков и таджиков на два народа и государства, мы вернулись в столицу этой страны за два дня.

Но как прекрасны были эти 2 недели. Чем дальше и выше мы забирались в забытые правителями, но не богом аулы, тем искреннее становились улыбки аборигенов, и все более открытыми их сердца. Через эту брошенную властями дорогу мы полюбили народ Таджикистана.

Гостеприимство

На Памире трудно поставить палатку.
Дороги зажаты скалами и бурлящими реками, а тропинки невидимы и круты. В тех немногих местах, где по чистой случайности образовалась горизонтальная поверхность, неплотными рядами хаотично расположились домики кишлаков и ровные ряды деревьев.

И еще потому на Памире невозможно поставить палатку, что каждый, без преувеличения, каждый приглашает в гости.

Сначала на чай. Потом на ужин. За ужином гостеприимный таджик в окружении своей многочисленной семьи вдруг! вспоминает, что завтра у соседа свадьба, день рождения, важное событие и т.д. А на следующей неделе можем поехать в соседний аул и там ... В этот момент главное быть твердым. Потому что иначе ты не сможешь уехать никогда. Ты иностранец, гость и повод для праздника.

Невиданное нами ранее гостеприимство окружило, обволокло, обрадовало и наполнило нас. Особенно остро это ощущается на контрасте с образом, созданным СМИ в подключенных и доверчивых умах, им внимающим. Таджики-бандиты, моджахеды, торговцы героином. За рекой Афганистан и талибы. Страшно и очень страшно.

Дружелюбие Памира перекрывает известное кавказское гостеприимство ещё и по той причине, что эти великолепные горы населены совершенно не воинственным народом. Миролюбивым с большой буквы.

Здесь нет древних военных построек, которыми так изобилует Кавказ. Стены домов украшают не сабли и ружья, а фотографии живых и усопших родственников и любимого народом имама. Нас встречают открытые сердца и светящиеся радостью глаза.

Природа этих гор сурова. Бедность - норма. И как мы уже знаем, ограниченность потребления оставляет достаточно места для широты души.

Когда же палатку поставить все же удается, случаются чудеса.

Мы встали лагерем на высоте более 3 километров над уровнем моря. Мы убедили одного из наших гостеприимных хозяев, что это мечта всей нашей жизни, пожить в уединении их великолепных гор. Памир окружал нас. Крыша мира в самом полном смысле этого слова. Мы убедили его и он нехотя проводил нас беспокойным взглядом.

Конец сентября. Солнце греет только ту сторону тела которая обращена к нему. Если стоишь лицом к солнцу, то спина замерзает.

Вечером тучи обволокли северные склоны. Отличный повод, во избежание дождя, потренироваться в управлении погодой. Ранее я объяснял Солнцу, как воздействовать на скопления облаков и отводить их в сторону. Задача не остановить дождь. Достаточно расчистить пространство непосредственно над нами.

Она садится в удобную позу. Сосредотачивается. Воздействует. Тучи действительно обходят нас стороной. Проходит полчаса. Ещё минут двадцать. Она видит результат своей работы и спрашивает:
- Это я делаю или ты?!
Мы оба смеёмся.

На следующий день дождевые тучи, касаясь верхушек гор, оставляли на них белый налет снега. Осень сменилась ранней зимой. Мы поняли, что пора спускаться. К зиме на Памире мы не готовы. Нас ждёт тепло, пальмы и ласковый прибой южных морей.

Имам

Кстати, чего собственно мы направились в эти горы. Чудесная, знаете, история.

Случилось мне за пару лет до этого дня, гостить в белокаменной столице Российской империи у молодого актера, с бледным, измождённым лицом и нервными движениями. На стене тесноватой квадратной кухни висел портрет весьма симпатичной девушки. Почти русской. На мой вопрос о том кто именно запечатлен на этом полотне, мальчишка ответил, что эта девушка скоро придет. Что ее русская мать влюбилась в памирца и смешение южных и северных кровей дало жизнь столь очаровательному образцу человеческого рода.

Она пришла и красотой лица и манерами была достойна своего портрета и таланта неизвестного художника. Она сказала, что памирцы, это таджики, обособленно живущие в южных, труднодоступных, граничащих с Афганистаном районах Таджикистана.

Википедия рассказала больше. Что памирцы разнятся с таджиками языком, религией и высоким уровнем образования. В столице Горного Бадахшана, Хороге, что раздвоенным языком змеи облизывает теснящимися домиками слияния двух рек, обнаружены три университета на 30 тысяч жителей.

Так я впервые узнал об исмаилитах. Обособленной ветви ислама, история которой может улыбнуть искушённого читателя.

Шестой шиитский имам лишил старшего сына Исмаила наследования своего престола. Потому как тот не отличался покладистостью характера и кротостью нрава, а более того, своими социалистическими взглядами вызывал нешуточное беспокойство феодальной верхушки, как шиитского так и суннитского толка.

На дворе стояли 760-е.
На поддержку славных немцев Маркса и Энгельса и их славянских последователей рассчитывать не приходилось.
И Исмаила убили.

С этого момента и разворачиваются нешуточные события. Смерть Исмаила лишь раззадорила его многочисленных последователей. К тому моменту в среде бедных и обездоленных Исмаил собрал вокруг себя изобретательных и бойких умом и характером мужей, что явствует из дальнейших их действий.

Первоначально они утверждали, что Исмаил не убит, а скрывается от врагов, что вероятно было не сложно осуществлять до бесконечности долго в необъятных горах между Хазарским морем и Персидским заливом с одной стороны и Индийским царством с другой.

Когда все разумные сроки продолжительности человеческой жизни вышли, "голь, что на выдумки хитра", объявила Исмаила седьмым «скрытым имамом», который в нужный момент объявится как мессия-Махди!
Вот так!

Исмаилиты, как стали именовать приверженцев нового учения, утверждали, что Исмаил не умер, а по воле Аллаха перешёл в невидимое, скрытое от простых смертных состояние «гайба» («гаиб») — «отсутствие».

Таким вот нехитрым, но весьма смелым способом появилось новое религиозное движение, год за годом набиравшее силу и разрастающееся сетью законспирированных проповедников по всей территории Ближнего востока от Северной Африки до Средней Азии.
И так ладно шли их дела, что на пике расцвета, Каир был центром исмаилизма во времена фатимидского халифата. Страна у них своя появилась, улавливаете?

Но дела эти давние и сегодня 25 миллионов исмаилитов разного толка рассеяны по миру. Но продолжают существовать как религиозная организация под руководством наследного имама.

Дамы и Господа!

Представляю вашему вниманию Его Высочество Принца Карима Ага-Хана IV родившегося в первой половине прошлого века в Женеве и получившего блестящее образование в Гарварде. Духовный лидер, Имам Времени мусульманской исмаилитской общины.
Имам Времени, на минуточку.

Отдадим должное этому предприимчивому человеку с хорошим вкусом на европейских женщин. Его жизнь, его идеи и их последовательная реализация того заслуживают. Я раскрою перед вами лишь один из аспектов.

Первый памирец коего мы повстречали темной безлунной ночью на разухабистых дорогах-направлениях Горного Бадахшана, оказался самым образованным человеком этих гор. Такое впечатление сложилось у нас в результате увлекательной ночной беседы, сложившейся в просторном салоне ЛендКрузер 200, что ранним утром доставил нас в столицу Хорог. И позже прочий местный люд отзывался об этом мужчине наилучшим образом, отдавая должное его разностороннему образованию, достойной уважения скромности и управленческой хватке.

Он рассказал нам что фонд Ага-Хана IV задумал и успешно реализует образовательный проект целью которого является открытие университетов в горных регионах для подготовки научных кадров задача которых создавать технологии сразу для гор. Понимаете, в этом мире технологии создаются на равнине и лишь потом адаптируются для нужд горных регионов. Славная затея достойного мужа.

Таким образом, нас сподвигло желание увидеть народ, который возглавляет святой мультимиллионер. И мы ни на мгновение не пожалели об этом.

Туалет и дзэн

Памирцы задумываются об организации туалета на пятый год после начала строительства дома. Потому что туалет везде.

Когда рождается сын, отец сажает деревья, которые через двадцать лет станут перекрытиями, крышей и мебелью нового дома его сына. Дома строят вдоль рек и дорог, что повторяют их ревущие изгибы.
Но так делают не все.

Мы осторожно ступали по еда видимой тропе, обнаружить которую сами бы не смогли. Мы шли в гости к человеку, который построил дом на горе.

Его ясные, пронзительные, голубые глаза радостно заблестели встретив нас. Он живёт один, потому что его жена и дочь работают в Москве. Вообще, Россия является источником дохода подавляющего большинства семей Таджикистана. Обычно на заработки уезжают мужчины. В этой семье иначе. Пять лет назад женщины уехали в Россию и он начал строить дом. За день до нашего прихода он задумал выкопать яму под туалет. На пятый год. Все в рамках традиции.

Почему я о нем помню. На этой своей горе, куда он по крутой, еле видимой нити тропы, поднял на своих плечах все строительные материалы, от внушительных бревен перекрытий, до последнего гвоздика, здесь на этой покатой, лысой горе, с чарующим видом на три стороны света, он познал безмолвие, столь объёмное, что лучшее слово для этого - Дзен.
Он светился и пульсировал тишиной и гармонией, подчёркнутой скромностью и застенчивостью монаха отшельника.

Это ценность. Сокровище. Благодарим.

*** не написанное ***

История о том как делили мир...
Тоннели...